KOKOSHKIN BUILDS A BRIDGE

Генерал давно замышлял построить через реку Харьков новый мост, тем более что именно в этом месте въезжал в город император. Зная придирчивость губернатора, местные купцы брать подряд на эту постройку отказались. В конце концов подрядчик нашелся в Новгороде, очевидно, не ведая, с кем ему придется иметь дело. Он добросовестно исполнил заказ, однако Кокошкин произвести расчет за него отказался — отложил до весны, чтобы проверить строение на прочность во время паводка.

Весна оказалась ранней и бурной, реки вздулись и понесли с собой массы льда, снося преграды на своем пути. Подошли они и к харьковскому мосту, нагромождаясь друг на друга и напирая на быки. Между тем льды продолжали и продолжали прибывать и накапливаться, запрудив реку. Напор стал так велик, что мост затрещал, быки накренились.

Услыхав о критическом положении, сюда прибыл сам губернатор. Он приказал привести арестантов и велел им разгрести затор. Шел уже одиннадцатый час, а потому работать пришлось при фонарях. Арестанты, балансируя по скользкому льду и еле удерживаясь на ногах, продолжали разгребать льдины баграми и спускать их по течению. Двое

арестантов не удержались и упали в затор. Хотя они и были привязаны веревками, вытащить их не удалось. Двух городовых послали по гребню моста передать фонари на ту сторону, однако по пути те оступились, упали в воду и тоже погибли.

Ударом огромной льдины из-под моста вышибло сваю, а за нею и другие. Это окончательно вывело губернатора из себя: он приказал арестантам отловить их, что было совершенно невозможно. Тогда велел доставить подрядчика и обрушился на него. Приказал после окончания половодья восстановить мост, не жалея свай и металлических креплений. В противном случае он с ним не только не рассчитается, но, напротив, конфискует все его имущество, а самого отдаст под суд. Повинуясь приказу грозного генерала, подрядчик всю весну менял и прибавлял сваи и делал это до тех пор, пока не разорился вконец. Он повесился, оставив жену и троих детей без средств к существованию. Завершить строительство пришлось уже третьему подрядчику, так что всего в дно реки было вогнано более двухсот свай. Скрепленный кровью строителей, этот один из самых главных в Харькове мостов простоял после того еще век — вплоть до Великой Отечественной.