KOROTICH, GIVE THEM HELL!

Такой транспарант в марте 1988 года встретил на Южном вокзале приехавшего в наш город Виталия Коротича — главного редактора журнала «Огонек». В ту пору это было самое острое, а то и единственное периодическое издание в стране, осмелившееся нещадно крушить прогнившую систему. Его читали все и у нас, и во всем мире — тираж журнала достигал четырех с половиной миллионов экземпляров! В.Коротич за границей был провозглашен Международным редактором года (ни до, ни после отечественные журналисты такого звания не удостаивались). О нем же ходил в ту пору такой анекдот:

«В недалеком будущем идет концлагерная перекличка. Вызывают: «Горбачев?» — «Здесь!» — «Яковлев?» — «Я!» — «Ельцин?» — «Тут!» Так перекличка продолжается еще немного, а затем: «Коротич?» Тишина. — «Коротич?» Снова тишина. — «Коротич?» — «Да здесь я!» — «Раньше надо было молчать, Коротич!..»

«В Харькове меня помнили не только по «Огоньку», но и по прежним киевским книгам, по радиои телепрограммам. Это была, пожалуй, именно та Украина, которую я от души любил и с которой мы всегда понимали друг друга: светлая, не суетящаяся в показных фольклорных забавах, мыслящая на современном уровне. Мои родители когда-то учились в Харькове, и это стало еще одним аргументом в пользу выбора. Я согласился баллотироваться в этом умном полуторамиллионном городе, третьем центре Советского Союза по научному и техническому потенциалу», — вспоминал впоследствии о тех днях писатель.

На то же депутатское место в Верховном Совете СССР (это были первые действительно свободные выборы) зарегистрировалось еще одиннадцать кандидатов, одним из которых являлся мэр Харькова Соколовский. Естественно, вся партийная, государственная и правоохранительная система работала на него. Стремясь помешать выдвиженцу демократических сил, она чинила ему всяческие препятствия: прекращала движение транспорта к местам проведения митингов, чернила в прессе, давала прямые установки партийцам, милиции и военнослужащим голосовать против. Даже предложили взятку, чтобы он снял свою кандидатуру.

Поддержать Коротича из Москвы приехали известные люди, в том числе Юрий Никулин, которые призывали харьковчан отдать голоса своему единомышленнику. Одновременно из тогдашней столицы прибыл и десант общества «Память», принявшийся разоблачать писателя как агента «жидо-масонов». Однако, получив дружный отпор горожан, он вынужден был убраться восвояси. Чем сильнее действовали те, кто «против», тем мощнее активизировались те, кто «за». Накануне выборов для недопущения фальсификации они создали систему контроля. Несмотря

на яростное противодействие властей (или благодаря ему), Коротич практически ни на одном участке не получил менее восьмидесяти процентов голосов.

«В моем депутатстве была некая мистическая подробность. Национально-территориальный округ, от которого я избирался в Харькове в Верховный Совет, назывался «Округ 58». Все старшее поколение отечественных вольнодумцев знало эти цифры наизусть: по 58 статье (антисоветская пропаганда и агитация) некогда пересажали миллионы людей.

Для меня этогбыло уже номером на депутатском значке и в удостоверении. Почти никто из моих сверстников номера проклятой статьи повседневно не помнил и никак не отреагировал на странный номер моего округа. Только старый особист, выдававший депутатские документы, сверил цифры в удостоверении и на обороте флажка и сказал: «Ого, как раз для вас номер...» Что он имел в виду?» (В. Коротич)