ДОЛОЙ СТЫД!

В начале 20-х, в годы нэпа, возник либеральный идеологический просвет, когда дозволялось все, разве что кроме явной контрреволюции. Распространение получили труды и идеи Ницше, Фрейда, теории свободной любви и пр.

Возникла и организация «Долой стыд!». Ее сторонники воспевали красоту обнаженного человеческого тела, считали одежду буржуазным предрассудком, а поскольку «насильственный» строй свергнут, то, по мнению членов организации, люди должны возвратиться в свое естественное состояние. Однажды свою декларацию они решили подтвердить делом.

Группа приверженцев (мужчин и женщин) вышла на улицу им. КЛибкнехта (Сумская) в оголенном виде и двинулась по ней с плакатом «Долой стыд!» Естественно, далеко им пройти не удалось — миновав сотню-другую метров под улюлюканье прохожих, они вынуждены были заскочить в кафе и там забаррикадироваться от жаждущих физически проучить бесстыжих.

Случай этот прошумел и в Харькове и в стране, а Остап Вишня откликнулся на него в газете «ВютЬ> «усмиц-кой», которая так и называлась: «Геть сором!» За нее он получил выговор от самого председателя ВУЦИК Г.И.Петровского: мол, вместо того чтобы заклеймить моральных уродов, тот стал их поступок смаковать. Приведу фельетон в несколько укороченном виде (орфография автора):

«Прекрасна щея!

Я уявляю соб! той благословенний час, коли вона, щея та, пошириться...

1дете ви на службу. А проти вас, 1 позаду вас, 1 збоку вас перескакують струню гол! люди.

Ось мчить, прим!ром, головний бухгальтер 1з Лобод-тресту з тридцятип'ятилггшм стажем (бухгальтер, а не трест 1з стажем). У нього солщний, ф!говий лист, дебелий 1 ви-глаждений, який 1 належить мати солщнш людиш, що д1-стае спецставку...

А ось — реестраторка. У не'{ тонюшысий кленовий листочок, з бантиком, а бшя пупа чорненька мушка... Вона кокетуе... То пщшме листочок, то пустить... I сама вся ра-дють, вся юкра...

Бурсацьким спуском пливе на базар Федора Силовна. Вона маслом торгуе. На не!' жодний лист ф!говий не приходиться. У не! великий листок — комбшац!я: одна половина з лопуха, а друга — з капусти... I цп комбшацп' не хватае... решту вона гращозно прикривае сковородкою...

ЯМ,

Ось вулицею Шбкнехта котить репортер. Вш стшить на штерв'ю и забув почепити ф!гового листка... Прикриваеть-ся портфелем...

— Ви ж, товарищу, хоч портфелем не розмахуйте!

Прекрасна щея!

Тшьки зимою треба буде тод! пщ ожеледицю обов'яз-ково тшоходи шском посипати... А то часом як посковз-нешся на Ушверситетськш прщ та як двинеш анфасом униз по сходах, то справд! вийде: 'Теть сором!"»